maiorova: (кот)
- он эмигрирует в Мадрид.

Inked2017-04-14_20-04-02_LI

В такие минуты остро чувствуешь, что кулинарии требуется-требуется свой Линней, способный упорядочить провизионный хаос названий, кличек и ласковых прозвищ. Внедрить латинскую бинарную номенклатуру, что ли. А то замучили эти споры:
- Это цимес!
- Нет, это не цимес! Моя бабушка не так готовила цимес...
- Что твоя бабушка вообще понимает в цимесе? То ли дело моя бабушка, цимес бывает только с мясом.
- Ой, отстань, бабушка, мясо...  цимес сладкий. С морковочкой.
Тут вклинивается кто-нибудь третий:
- А вот мой сосед Рабинович, например, всегда готовил цимес из картошки.

Народ набрасывается уже на третьего. А также на картошку и Рабиновича. Почему-то даже в спорах о цимесе всегда влетает больше всех именно Рабиновичу... Но от внимания спорящих ускользает, что цимес из картофеля, цимес из моркови и цимес с мясом существуют одновременно. И выбирать из них единственно правильный так же наивно, как выбирать правильного ежа из ежей европейского, ушастого и голобрюхого. Все ежи правильны, каждый по-своему. Но если о них нам это поведает любой уважающий себя ежевед, то яства - особенно национальной кухни и/или праздничные - предмет нескончаемой священной войны. И нет третейского судьи, к авторитету которого можно обратиться. Вернее, судьи есть, но они сами иногда такого нагородят.

Вот, например, В.В. Похлёбкин )
maiorova: (кот)
Датское бюро путешествий проводит кампанию по привлечению молодых пар к коротким совместным путешествиям под патриотическим девизом "Сделай это для Дании!" В рекламе говорится, что находясь вдали от дома, датчане на 46 процентов больше занимаются сексом, и десять процентов детей было зачато именно во время таких поездок. Хотя более длительные путешествия чреваты обратным результатом: одна неделя - больше секса, две недели - неминуемый развод.

Для привлечения к своей программе максимального количества датчан компания предлагает женщинам овуляционную скидку: при бронировании билетов они указывают дату последней менструации, что позволяет выбрать наиболее благоприятное для зачатия время отдыха. Любой, кто пришлёт фотографию положительного теста на беременность после поездки, получит приз - трёхгодовой запас памперсов. Это не шутка, просто датчане таковы.


[Из книги Хелен Расселл "Хюгге, или уютное счастье по-датски"]

А не разыгрывают ли меня? Нет ли кого из Дании, чтобы разъяснить такую нетрадиционную репродуктивную программу?
maiorova: (кот)
Прочитала пост в fem-books и вспомнила, как я находила статьи Като Ломб на темы изучения языков в старых журналах, которых в нашей семье хранилось великое множество. Помнится, что это была "Наука и жизнь". Но могу ошибаться, лет-то прошло много. Вообще забавно, только что ползала на полу среди книжек и журналов... и теперь ползаю на полу среди книжек и журналов. Только радиус досягаемости шире. Но лирические отступления побоку, вернёмся к Като Ломб.

Что эта знаменитая венгерка, знавшая шестнадцать или семнадцать языков, рекомендовала делать, если язык не учится? Ну, вот не вытанцовывается, да и только. Она рекомендовала начать ругаться. Ругать учебники - что разумно и заслуженно, потому что совершенных учебников не бывает. Ругать словари - потому что не существует всеобъемлющих словарей. Ругать сам язык за его сложность, упрямство и упорство. И только собственная персона не должна была попадать в круг ругаемых. В свои незаурядные способности к языкам и в свой интеллект предлагалось верить, потому что... нипочему, просто верить.

А нас приучали совсем к другому подходу. Ругать допускалось только себя. Не учебник, не предмет, не учителя, упаси Боже - этот последний был уж совсем вне критики. Если что-то не получается, - сам/а виноват/а, без вариантов, и эта вина оставалась с тобой, пока наконец не поймёшь, как произносят th (большая часть класса) и как делят в столбик (меньшая часть класса, среди которой была, кстати, и я). Вот приходишь на урок и сразу начинаешь быть виноватой и ждать кары: очередной двойки или единицы. Либо - если всё понятно - принимаешься скучать и читать под партой книжку. Два было агрегатных состояния: либо вы виновны, либо вы дрыхнете...

Кстати, какая у вас была первая школьная отметка? У меня - единица. На следующей же неделе я стала учиться в два раза лучше - ну да, правильно угадали, схватила двойку. Надо же как-то исправляться.
maiorova: (кот)
Двадцать одна книга. Вернее, двадцать и одна. Тенденция наметилась: на меня напала японская литература.

Read more... )
maiorova: (кот)
Глава вторая, XII

Зовут соседа к самовару,
А Дуня разливает чай;
Ей шепчут: «Дуня, примечай!»
Потом приносят и гитару:
И запищит она (Бог мой!):
Приди в чертог ко мне златой!..


Сразу признаюсь, потерпела фиаско. Уж как была в то время на слуху опера Фердинанда Кауера "Русалка", или "Дунайская дева", а сейчас её не ставят. "Ты старомоден, вот расплата За то, что в моде был когда-то"... Зато нашлись венгерские танцы того же композитора. Что-то в этом есть. Возможно, и "Чертог златой" не был какофонией.



Read more... )
maiorova: (кот)
Как у многих детей, рано выучившихся читать, у меня был своего рода пиетет к печатному слову. Вид валяющейся выкинутой книги казался невыносим. Её надо было спасать, надо было немедленно поднимать и читать. И неважно, что это, подшивка журнала "Вопросы дерматовенерологии", учебник физики для девятого класса или "Крейцерова соната". Я собирала уличные книги как котят. До сих пор ещё живы некоторые. Безутешно плакала над мёртвыми экземплярами: изорванными или загрязнёнными до полной нечитабельности. Бывало, на прогулке я спасала выброшенные газеты. Правда. они были немного растерзанные, но паззлы собирать я тоже умела. Паззлы, правда, тогда не назывались паззлами, а назывались складными головоломками. Так что собирала складные головоломки.

Вечером сидим ужинаем. Звонок в дверь. Бабушка открывает - на пороге медово улыбается соседка со стопочкой рваных и потрёпанных книжек-малышек в руках.

- Здравствуйте, я принесла вашей девочке книжки.
- ??
- Я обратила внимание, что все другие детишки играют, а ваша девочка вылавливает из лужи куски газеты и внимательно их прочитывает. Вот я и подумала, что у вас, наверное, нет книг. И принесла вам. Возьмите, пожалуйста, не стесняйтесь.

Соседке провели экскурсию по квартире, обратив особое внимание на библиотеку. Затем напоили чаем, рассыпались в благодарностях и отпустили. А мне строго-настрого запретили спасать печатное слово.
maiorova: (кот)
Ещё один эпизод из мемуаров Александры Соколовой - о московском полицмейстере Верещагине, в число должностных обязанностей которого входила борьба со старообрядцами. Однажды на Преображенском кладбище выявили тайную молельню. Как всем нам известно хотя бы по Лескову, Верещагин должен был опечатать помещение и реквизировать образа, богослужебные книги и утварь. Получив такое задание, честный полицмейстер (Это важно! честный!) уходит от генерала прямо домой и ложится пораньше, с тем чтобы встать с утра и к восьми уже быть на месте и опечатывать молельню. Его трясёт камердинер:
- К вам мужички
- ?!
- Очень просят впустить. По важному делу. Важнейшему.

По виду вошедших мужичков было сразу понятно, что они старообрядцы. Самый пожилой из них не откладывал дела в долгий ящик и вежливо попросил полицмейстера приехать попозже хотя бы на час. За каждую минуту почтенные старцы платили тысячу рублей. Итого шестьдесят тысяч. Верещагин отказался. Но этот главный дед заявляет, что хозяин барин, но дело сделают и без него. А жаль денег, могли бы порядочному человеку достаться. Верещагин давай их выпроваживать, а главный дед всё-таки высказался от дверей:

- Простой ты барин, хороший, а догадки у тебя нету.

Что же было дальше? "Хороший барин" вскакивает с утра пораньше - к нему гонец от генерала : срочно явиться, экстренное дело. Может быть, решили оставить молельню в покое? Едет через весь город к начальству... и целый час торчит у него в приёмной, как слива в шоколаде. Наконец выходит генерал:
- А вы что здесь делаете?
- Вы меня вызвали, а ведь вчера давали задание быть на Преображенском кладбище!
- Зачем на кладбище? Что, ворон пугать?
- Каких ворон? Молельня...
- О ч... Молельня! - генерал хватается за голову. - Как же я запамятовал?!
В общем, когда приехали, там уже бревна на бревне не осталось от этой молельни.

Расстроенный, смущённый, возвратился Верещагин домой. Едва уснул. Утром камердинер его трясёт:
- К вам вчерашние мужички!
- Как, опять?
И действительно, перед ним стояли всё те же старообрядцы.

- Да что нам тебе сказать, батюшка? - первый заговорил вчерашний оратор. - С тем же делом мы к тебе пришли, что и вчерась.
- Да ведь не запечатали вам ничего! - нетерпеливо произнёс Верещагин. - Всё ваше при вас... О чём вы хлопочете?
- Знаем мы, батюшка, что ничего у нас не запечатали. Мы и вчера твоей милости об этом докладывали, да ты нас слушать не хотел! Мы тебе вчерась шестьдесят тысяч сулили, и эти деньги нами так на это дело отложены были... А от тебя-то мы как пошли, так за половину этих денег всё дело уладили. Значит, тут твоих тридцать тысяч осталось. Мы тебе их за твою простоту и принесли, да за то ещё, что закон ты блюдёшь свято. Уж правый он, нет ли, да всё же закон, а блюдут его не все, а кто закону верен, тому и предпочтение всякое следует! Вот мы твоей милости и принесли деньги, кои нами недоплачены супротив нашего положения. Возьми ты их себе и богатей ты с них, а то при такой твоей правде николи денег не наживёшь.


И с низкими поклонами депутация покинула помещение. Вот так-то! Не взял ради неправды, бери за правдивость. Соколова деликатно замечает, что судьба денег ей неизвестна, но если Верещагин взял их - то он имел на это право.
maiorova: (кот)
Я всё-таки купила себе мемуары А.У. Соколовой, ака Синее Домино, Соколихи или Урванихи: романистки, журналистки, критикессы, прославившейся не только острым языком, но и бурной личной жизнью. О последнем она, впрочем,  не расписывается. останавливаясь с гораздо более явным удовольствием на встречах с интересными людьми и исторических анекдотах. Тем более удивительно, когда Соколова пишет о судьбах друзей и близких.

Вот например, была у неё приятельница, красивая, обаятельная, умная, душа общества - по прозванию Королева. В числе многочисленных "королевских" талантов было гаданье по линиям руки. Кто-то спросил её шутя, сумела ли она прочесть по собственной ладони свою судьбу. Этот безобидный, в сущности, вопрос, вызвал у девушки настоящую чёрную меланхолию, она чуть не плача ответила:

- Я такого сплетения линий не встречала ни на чьей в мире руке... Это не подходит ни под одно из определённых понятий о бедствии и несчастии людском! Это и не смерть, а что-то ужаснее смерти. И не разорение, а что-то страшнее нищеты и разорения. И не горе это, и не отчаяние, и не самоубийство даже... Это страшнее и безнадежнее самого страшного самоубийства, потому что это что-то длительное, какая-то медленная гибель, которую никто и ничто в этом мире предотвратить не в силах.

Позднее выяснилось, что бедная хиромантка не кокетничала. Её жизнь сложилась так, что трудно было говорить о ней без содрогания. Она стала убийцей? воровкой? сутенёршей? Нет, нечто несравненно более ужасное (я не иронизирую сейчас нисколько) - она влюбилась в "человека не своего общества", в простого писаря из присутственного места.

И мало того, что влюбилась - они сошлись.
И мало того, что сошлись - "королева" забеременела.
И мало того, что забеременела - когда скрывать уже было невозможно, бежала из дома.

Она не покончила с собой, а, выйдя, или, точне, выбежав из дома, прямо побежала перед собой, бежала без остановки до заставы, затем выбежала за заставу и продолжила свой безумный, лихорадочный бег всё прямо... прямо... большой дорогой, до первой попавшейся ей в пути деревни. Здесмь она, как оказалось впоследствии, усталая, обессиленная, отдохнула немного, выпила ковш воды и, несмотря на надвигающиеся сумерки, побежала дальше. Дома её в это время или не успели ещё хватиться вовсе, или, ежели и хватились, то, вероятно, бросились искать её к родным и знакомым, не допуская мысли, чтобы она была в это время среди поля. Ночь настигла её на пути, в какой-то маленькой деревушке, там она остановилась, чтобы переночевать, заплатила не торгуясь за ночлег и, поднявшись с зарёю, побежала дальше. На второй или на третий день у неё уже не было денег, и она начала продавать, а местами и прямо отдавать в расплату за хлеб и ночлег свои золотые вещи... Затем последовала одежда... Она стала сменивать своё платье и бельё на простое крестьянское бельё и платье и всё бежала, бежала... без ума, без памяти, без малейшего сознания! А силы, вероятно, всё ослабевали, и переходы делалась всё короче. Подвигаться вперёд было всё труднее и труднее. Сколько времени продлился этот страшный и почти невероятный бег, никто положительно не знает, дознано только, что, пробежав ни больше ни меньше как 400 вёрст, она, уже за пределами соседней губернии, почувствовала приближение родов и в посконном сарафане, в лаптях, в углу грязной закоптелой избы, на жёсткой деревянной скамье, без малейшей помощи даже не родила, а замучалась в родах и отдала Богу свою исстрадавшуюся душу... Похоронили её на деревенском погосте, без священника, без отпевания, в наскоро сколоченном из старых досок гробу, вывезенном за околицу в телеге, выпрошенной Христа ради у сердобольного мужичка!

И уж, казалось бы, не Соколовой ужасаться: сама она, дворянка, вышла замуж за представителя низших слоёв общества, всего лишь навсего сына верстальщика. Старшего ребёнка своего, небезызвестного Власа Дорошевича, она отдала на усыновление - он, бедолага, родился до заключения церковного брака. В посконных сарафанах или же посконных портках, а равно и в лаптях, ходила большая часть населения Российской империи - но каким тёмным ужасом веет от этих строк: и всё бежала, бежала...
maiorova: (кот)
В предисловии к "Островам утопии", истории социального проектирования в послевоенных школах, читаем:

Те, кто намывает острова, не обязательно являются адептами «островной» жизни, читай – элитистами, которым было бы важно разделить общество на «своих» и «чужих». Нет, часто их работа обусловлена безвыходностью ситуации и стремлением создать хотя бы какое-то пространство для самостоятельного социального действия. Продолжая метафору, можно сказать, что «намыватели» таких островов часто надеются, что все море покроется такими островами или что их остров со временем превратится в новый материк. Элитизм может возникнуть (или не возникнуть) потом – как результат, но не как причина.

В Венгрии был, например, знаменитый детский летний лагерь - так называемый Банк. Впрочем, о нём не говорят "лагерь", о нём говорят "летний отдых". Настаивают на этой формулировке. Чтобы попасть туда, нужно было не просто заплатить деньги и тем доказать материальное благосостояние. Нужно ещё было происходить из семьи элитарной, высококультурной плюс еврейской. Нет, по особому стечению обстоятельств среди "банкийцев" могли затесаться нееврей или нееврейка. Но чаще случалось так, что подопечные Банка выясняли свою национальность благодаря собственно Банку. Да, мил человек, мы здесь все евреи. И ты тоже.

Мне скажут - ну, это крайность даже для Венгрии, а в СССР эту лавочку прикрыли бы ещё на стадии становления. Но вот берём Фрунзенскую коммуну - общину вполне демократичную и не страадбщу на первый взгляд элитизмом. Что мы читаем о ней? Статус коммунара нужно было постоянно подтверждать – участием в сборах и в той общественной работе, которая протекала между школьными каникулами. То есть - в первую очередь - иметь время на эти сборы и эту общественную работу.А откуда оно возьмётся, к примеру, у сельского ребёнка? Вы себе представляете, как мальчик или девочка из совхоза летом встают, собираются и уезжают на месяц помогать другому совхозу с прополкой, а также петь под гитару, играть в интеллектуальные игры, обсуждать организацию труда и будущий город Коммунарск у костра? Первые же, у кого возникнет масса вопросов к новоявленным членам коммуны, - это их собственные родители. Полоть? В совхозе? Очень мило. А кто у нас на участке прополет, а также выкосит и сено вывезет? Получается, поддерживать коммунарский статус может только тот человек, который не включён в социально-экономическую жизнь семьи. Или включён, но не так жёстко, чтобы лишиться возможности взять и уехать на месяцок...
maiorova: (кот)
В книге А. Шокаревой "Дворянская семья: культура общения" приводятся некоторые салонные игры, которыми в XIX столетии забавлялись вместо интернетика. Кое-какие нам знакомы, допустим, шарады, перемешивание вопросов и ответов или загадывание слова либо участника, а есть и настоящая экзотика. Вот, например, игра в тарелки. Первым делом надо играющим раздать кодовые имена. Почему-то было принято выбирать имена еврейские. Затем один игрок выходил в центр круга с тарелкой в руках, запускал тарелку, как юлу, вертеться и - называл одно из имён. Тот, чьё кодовое имя было названо, выпрыгивает, подкручивает тарелку и называет следующее имя. Кто не успел подкрутить тарелку, так что она упала, платит фант.

«Туалет» - игроки называются разными предметами, ведущий называет их, а потом, по команде распорядителя "Весь туалет!" играющие должны повскакивать со своих мест и поменять их, а кто окажется без места, с того берут штраф. На одном из вечеров в Николаевском дворце распорядителем игры был сам Николай I, а С. М. Загоскин занял стул прежде императрицы, но был за то только поощрён. Императором.

В игре «сижу-посижу» девушка с завязанными глазами ходит в кругу подружек и приговаривает: «Братцы, сестрицы! примите меня! Братцы, сестрицы! возьмите меня». Девушки отвечают ей: "Иди по нас". Девушк подходит и садится к кому-нибудь на колени, приговаривая: «сижу-посижу». У кого она сидит, тот должен молчать.
Если девушке удастся отгадать этого человека, то он становится ведущим.

И я сразу вспомнила, как в детстве смотрела передачу о старинных играх. Одна забава называлась "Пуля в муке". Муку насыпали горкой на стол, и в самый верх втыкали обыкновенную пулю. Каждый игрок по очереди трогает горку, чтобы она слегка оседала. В конечном итоге пуля проваливается, и тот несчастный, от прикосновения которого это случилось, убирает руки за спину и достаёт пулю зубами. Это очень трудно, поверьте. Во-первых, все вокруг хохочут, а смех заразителен. А во-вторых дышать мукой противно, и игрок корчит нечеловеческие рожи. Наконец - победа! пуля выловлена! Во весь экран жутко перекошенная, белая от муки физиономия с пулей в зубах. Закадровый голос диктора, несколько в духе "Копеляна за кадром":

- Да. Так развлекались русские аристократы.
maiorova: (кот)
Двадцать книг. Поскольку хваленая Шутценбергер всё не едет, читаю социальную антропологию. Социальная антропология - это сила.



(с) Gurbuz Dogan Eksioglu

двадцать - это мало )
maiorova: (кот)
По случаю прикупила старую подшивку "Иностранной литературы" - двенадцать номеров за 1995 год. Немного статистики, как всегда, без комментариев. За год авторитетный журнал напечатал:

0 романов, написанных женщинами, и 11 романов, написанных мужчинами
1 повесть, написанная женщиной, и 4 повести, написанные мужчинами (включаются фрагменты романов и сокращённые варианты)
0 пьес, написанных женщинами, и 4 пьесы, написанные мужчинами
4 рассказа, написанные женщинами, и 13 рассказов и подборок рассказов, написанных мужчинами
4 подборки стихотворений, написанных женщинами, и 26 подборок стихотворений, написанных мужчинами
2 публицистических статьи, написанных женщинами, и 9 публицистических статей, написанных мужчинами.

Причём, по горькой иронии судьбы, одна из "женских статей - это заметка о вреде политкорректности и опасности крайнего феминизма. Бойтесь, люди, вместо слова "бабочки" нас заставят говорить "индивидочки", в таком вот духе...
maiorova: (кот)
Новогодняя ночь и новогоднее действо с детства переживается советским человеком как сакральное время «бесплатных» даров, время, выходящее за рамки обыденного. Новый год — единственная дата, которая ратифицировалось общественным атеистическим порядком как сакральное время, время чуда. Тогда заботу о тебе проявляет тот, которого ты никогда не видишь, но который о тебе знает, тебя любит и переживает за тебя, — лицо, наделяемое постоянными характеристиками: мудростью, всеведеньем, мистической силой, владением всеми благами. Все эти характеристики, которые могут принадлежать только одному Богу, оказываются вмененными Дедушке Морозу:

«Дед Мороз: Следить за вами будем мы с любовью, а вы, друзья, не подведите нас!» (Терехин В., Фотеев В. Как украли Новый год // С новым годом: репертуарный сб. М., 1971 С. 202).

Дед Мороз болеет, потому что «его обидели, — говорит заяц. — Кошка сказала ему, что вы мучили животных, не учили уроков и бросали снежками в прохожих, что вы дерзкие и злые, что вы никого не любите, а значит, не любите и его — деда Мороза» (Слонова Н. Как Леночка вылечила Деда Мороза // Там же. С. 15).

Как это видно из примеров, основой отношений между детьми и Дедом Морозом должна быть любовь, и никак не меньше. Read more... )

Но если наши родители, рожденные в тридцатых, в массе своей верили в идеалы советского государства, и боль разрушения этих иллюзий началась с распада партийного строя, то мы, не веруя в общественные «идеалы», но, тем не менее, праздно празднуя «их» праздники, верили в «счастливое детство»: в безусловную ценность детского взгляда на мир. Мифологемы типа «Дети — цветы жизни» сталинской поры продолжились «детскостью» шестидесятых с бумажными солдатиками и маленькими оркестрами. Для нас — поколения 70-х — остается бесспорной абсолютная ценность и глубокий смысл собственных детских воспоминаний, и в этом ряду свечки денрожденного торта и голубой огонек экрана в новогоднюю ночь с подарком от Деда Мороза под елкой.

Итак, мистическая власть Деда Мороза представляет собой миф, поддержанный советским государством посредством введения конкретной социальной (ритуальной) практики. Эта практика служила и продолжает служить сохранению общества в рамках той же, вполне советской, картины мира. Каждый год в покаянные дни Рождественского поста советский человек вместе с родными и близкими, в темное время суток, через разделение ритуальной трапезы приобщается таинств Деда Мороза, а детей своих, почитая это своим родительским долгом, вводит в сакральный мир новогодней елки.

Из книги С. Адоньевой "Категории ненастоящего времени"
maiorova: (кот)
Из воспоминаний В. Шомпулева "Записки старого помещика"

Жена одного очень почтенного и чиновного человека, принадлежавшего к известной в Саратовской и Пензенской губернии фамилии2, прожив несколько лет замужем, увлеклась молодым кучером из бывших своих крепостных людей. Муж ее, далеко не старый и пользовавшийся уважением в губернии, узнав об этой связи, скрывал ее от общества и, лишь умирая в скоротечной чахотке, объявил об этом в последние часы своей жизни некоторым лицам. Я и мой beau-frère [фр. - шурин] Иванов были свидетелями его признания,причем он в присутствии жены указал на своего сына и на сына кучера, после чего преступная женщина выбежала из комнаты. Возможность такого позорного случая нам казалась невероятной, и мы готовы были приписать это бреду умирающего, тем более, что эту особу я знал еще прелестной девушкой, вышедшей из Смольного монастыря с шифром. Но когда на другой день смерти ее мужа мне пришлось навестить ее, то, войдя неожиданно, я застал эту барыню сидевшей за самоваром в гостиной с ее кучером, перед которым стояла закуска и бутылка водки. Пораженный этой картиной, я, ни слова не говоря, ушел.

Вскоре затем, по желанию покойного, над его имуществом и сыном была учреждена опека, и обязанности опекуна принял на себя родной брат этой госпожи, не желавший даже слышать имени сестры, уже обвенчавшейся с кучером.

Горькая участь жены мужика )

Затем на моей памяти было еще несколько более прискорбных случаев, где крестьянским парням выпадала роль даже соблазнителей девиц — дочерей благородных семейств, но в этих случаях главная вина, конечно, падает на родителей, которые, гоняясь за чинами и звездами и добиваясь службы в высших учреждениях столицы, оставляли в глухой деревне единственных своих дочерей под предлогом хозяйства.

***

Комментарии, как водится, излишни.
maiorova: (кот)
http://share.flocktory.com/27C9FB5051B14DE9e

- по этой ссылке до 22 октября действительна смачная скидка 15% в интернет-магазине Read.ru. Там книги! Много книг!
maiorova: (кот)
Это я книгу читаю: "Мужчины в отрыве", Зимбардо и Коломб в соавторстве. Не то знаменитый автор Стэнфордского тюремного эксперимента изволил слегка сдуреть, не то я чего-то не улавливаю, не то трудности перевода... Придирки к собственно исследованию - по ссылке, язык английский. От себя добавлю, что особенно порадовала ламентация: 52% докторских диссертаций по гуманитарным специальностям в таком-то году защищены женщинами. Ну, вопиющая дискриминация мужчин. Дальше цитаты из "Мужчин в отрыве".

* Исследование датчан показало нам одну интересную закономерность - гендерная предвзятость на некоторых рабочих местах сформировалась оттого, что соискатели должны отвечать определённым критериям профпригодности: быть собранными, физически крепкими, способными адекватно реагировать на угрозу. То, что женщины воспринимают как гендерную предвзятость со стороны мужчин, на самом деле - проверка на прочность [То-то стреляетесь чаще, чем вас убивают преступники, прочные вы наши - прим. Майоровой]
и далее
Вот что пишет Уоррен Фаррелл: Боевые тренировки приучают мужчину обесценивать свою жизнь. К чему это приводит? К подначкам и неуставным отношениям. Именно это и является подготовкой к обесцениванию вашей жизни. Происходит своего рода ампутация индивидуальности - ведь военная машина лучше всего работает со стандартными деталями. Таким образом, подначки и неуставные отношения являются необходимым условием боевой подготовки...

Молодец Уоррен Фаррелл. Хоть кто-то это сказал, что личностная инвалидность солдатиков - залог боеспособности армии, а неуставные отношения - негласная часть устава. Поздравляю, господа, сообщили народу правду. Интересно ли народу кормить эту фабрику моральных калек? - вот вопрос.

Женщины стали более образованны, успешны и финансово независимы, и они требуют от мужчин того же. Хотя нужно не требовать, а приободрять и вдохновлять, чтобы мужчина большего достиг, старательно учился и больше времени уделял реальным людям, а не компьютерным играм и порно. Таким образом, женщина должна быть готова к поддержке и сотрудничеству и признать, что быть мужчиной не менее прекрасно, чем быть женщиной.

В общем, потрудилась на себя, Аксинья - потрудись и на Василья. Не обнахаливайся. Ни образование, ни преуспеяние, ни толстый кошелёк не спасут тебя от твоей исконной работы - эмоционального обслуживания. А не будешь обслуживать - он тебе страшно отомстит, этот Василий. Будет играть в комп и смотреть порнушку.
Да на здоровье! Ничего мы ни с кого не требуем, сидите играйте. Кто захочет помереть, не ухватом подпереть.

Разбудить общественное сознание будет трудно, но вот вам один из вариантов, как можно ответить на феминистские выпады. Возьмём и перевернём тест Бехдель, чтобы он классифицировал фильмы для мужчин. Условно назовём его тестом Макгайвера, в честь героя популярного сериала про очень человечного агента, предпочитающего мирное разрешение конфликтов. Чтобы пройти этот тест, любой фильм или телешоу должны отвечать хотя бы одному из ниже перечисленных критериев:
- в фильме не обязательно должен фигурировать образ матери. Главное - положительный образ отца.
- честный работящий мужчина успешно справляется со своими обязанностями руководителя и/или он не болван.
- женский персонаж симпатизирует мужскому ещё до того, как тот начинает проявлять геройские качества.
- мужской персонаж творчески подходит к решению проблем и прибегает к насилию только в крайних случаях - для выполнения своей миссии.


А при чём здесь тест Бехдель? Тест Бехдель не озадачивается тем, какие женщины персонажи, условно положительные или отрицательные, честные или нечестные, трудолюбивые или нет. Его задача - выявить, насколько женщины представлены на экране.

Самое главное - непонятен основной посыл книги Зимбардо. Ну, хорошо, допустим, компьютерные игры и порнография пагубно влияют на мужскую психику. Допустим. Но кто их делает и для кого? Мужчины для мужчин, в основном-то. Таким образом, приходится признать, что женщины страдают из-за того, что слишком много занимаются тем, чего не хотят, а мужчины - из-за того, что слишком много занимаются тем, чего хотят.

Мне очень понравилось, как обозреватель "Нью Сайентист" высказался о "Мужчинах в отрыве": Я-то думал, этот труд поможет мне лучше понять представителей моего собственного пола. А вместо того, я задумался, как мало я знаю женщин. Почему женщины не восприимчивы к тем силам, которые разрушают меня и мне подобных? [ссылка на статью: https://www.newscientist.com/article/mg22630200-800-men-disconnected-philip-zimbardos-lament-on-the-male/]
maiorova: (кот)
Как известно, во времена Хрущёва среднее образование реформировали. Школьное обучение якобы формировало презрение к физической "грязной" работе и прикладным специальностям. Школу требовалось приблизить к жизни и профессиональной деятельности, детей чуть ли не с первого класса приобщать к рабоче-крестьянскому труду. Творчески осмыслил эту инициативу популярный ленинградский писатель Герман Матвеев - да-да, тот самый, который "Тарантул" и "Семнадцатилетние". Собственно, "Новый директор" - повесть о мудром и дальновидном директоре школы, патриархальном держиморде, каких свет не видывал - и есть продолжение "Семнадцатилетних". Учитель Константин Семёнович повышение получил.

Вот его рацпредложения на ниве реформирования школ, причём сразу хочу заметить, что кое-где эти эксперименты реализовались. Напомню год - пятьдесят пятый:
политехнизация и волюнтаризЬм )
Вот только школьникам осталось швабры к задницам привязать. Дабы они в процессе ещё и подметали.
maiorova: (кот)
via [livejournal.com profile] oryx_and_crake

Возьмите, пожалуйста, ближайшую к вам книгу.
Откройте страницу и скопируйте в свою запись пятое предложение на этой странице.
Не называйте книгу.
В своей записи также повторите эти правила.


У меня:

Потом дядя милиционер ушёл.


maiorova: (кот)
Нынче читаю восхитительную совершенно повесть индийского прозаика-деревенщика. Родом он из штата Орисса, принадлежит к народу ория, и вот описывает, как в орийской деревне организуются выборы. Описывает, между прочим, глазами сорокапятилетней женщины из о-о-очень высокой касты. Правда, наша выборщица неграмотна и дальше своей околицы никуда не выходила. Но здравым смыслом обладает в полной мере.

- Имя? - спросил костлявый с бородой неожиданно глубоким голосом. - Как вас зовут? Назовите, пожалуйста, своё имя.
Матери Пеми ни разу в жизни не приходилось общаться с незнакомыми людьми, а уж разговаривать! Ей почему-то было неприятно называть своё имя чужому бородачу. Она опустила голову, чувствуя, как горят щёки. Стоять так и молчать тоже было стыдно. [...] Имя ей дали родители на двадцать первый день её жизни, и она знала, как её зовут. Но даже в родительском доме, который она оставила совсем юной, когда её выдали замуж, этим именем никто её не называл. Отец придумал ей смешное прозвище - Котари, Обезьянка, и в детстве все так её и звали. В доме мужа её обыкновенно называли Невестка. Муж мог бы звать её по имени, но обыкновенно окликал её "эй!" или "ну, ты там!" А когда она родила и девочку назвали Пеи, тогда и муж, и вся родня стали звать её Мать Пеми.
Мысли так и мелькали в её голове. Нет, она догадывалась, людям за столами нужно другое - имя, которое ей дали родители, его так никто и не произнёс и толку от него никогда не было. Что ж, извольте.
- Шарадха Сундари.


Словно в анекдоте. Студента на экзамене спрашивают:
- Как ваша фамилия?
- Сидоров, - отвечает он и улыбается.
- Почему вы улыбаетесь?
- Доволен, что правильно ответил на первый вопрос.
Но испытания матери Пеми на первом вопросе не закончились.

- Нашёл! Вот оно. Вы замужем за Бханджакишором Бхрамарбаром Рей Махапатрой!
Мать Пеми зашлась от ярости. Её спутали с матерью Ранги, заявили во всеуслышание, что она жена Бханджии, младшего брата её мужа. Чудовищность этого предположения обожгла её, каак огнём. Но женщины их касты никогда не произносят вслух имена мужей, а на участке не было ни единого знакомого человека, который поправил бы бородача, сказал бы ему, за кем она замужем. [...]


Методом перебора и научного тыка сотрудники участка добираются до имени местного неприкасаемого:

- Вашего мужа зовут Лакшман Малик? Да или нет?
- Почему это Лакшман Малик мой муж?! Может, он ещё чей муж!
- Как, как?
- Матери твоей муж Лакшман Малик! И Бханджия тоже!
- Что с вами? Что случилось? Тётушка, матери моей сестричка, да скажи ты мне, чем я тебя обидел!
- Его матери сестричка! - возопила мать Пеми. - У нас в роду таких нет, как твоя мать!


В общем и целом, голосование разбилось о дебош. А кажется, это же так просто: сходить проголосовать, назвать себя по имени, сообщить имя своего мужа... Это же так просто! Ну, плёвое дело, иначе не скажешь.

Profile

maiorova: (Default)
maiorova

April 2017

S M T W T F S
       1
2 34 56 7 8
910 1112 13 1415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated 22 September 2017 18:57
Powered by Dreamwidth Studios